Новости

Мне всегда казалось, что я никогда, ни при каких обстоятельствах не скажу прилюдно того, что я собираюсь сказать сейчас. И вовсе не потому, что моя судьба исключительна, нет, даже не из чувства ложной скромности, а, скорее, именно потому, что армян с похожей судьбой миллионы. Больше того, в какой-то степени моя судьба повторяет судьбу моих прямых предков. Мой прапрадед – Беглар Мелик-Шахназарян – погиб с оружием в руках, защищая многовековое родное селениеВосканапат от набега тюркских бандитов. Ему, уважаемый суд, было 47 лет. Ровно в сорок семь лет погиб мой прадед – Шамир Мелик-Шахназарян. Его постигла та же судьба, он имел честь погибнуть с оружием в руках, на берегу прекрасной армянской реки Индж, защищая свой край от следующего поколения тюркских бандитов. Мой дед – Левон Мелик-Шахназарян – также воевал против османских и закавказских турок уже своего поколения. Практически все свое огромное богатство он безвозмездно передал голодающему армянскому населению Гандзака. Он тоже погиб в 47 лет: в 1933 году его расстреляли азербайджанские большевики во главе с Багировым. 

Менее, чем через два месяца мне исполнится 51 год. Как видите, мне повезло пережить по возрасту своих прямых предков. Больше того, я – единственный из них, кому посчастливилось увидеть собственного внука. У меня дома растет маленький Левон Мелик-Шахназарян. Он родился спустя 20 дней после покушения на меня, и будь убийца «удачливей», мне, как и моим предкам, также не пришлось бы увидеть внуков, маленьких Левона и Нане, родившейся несколько дней назад дочери моего младшего сына.

Но, скажите, мог ли я, прекрасно знающий историю моего рода, берущего начало с конца 16 века, остаться в стороне от национально-освободительной борьбы моего народа. Борьбы, у истоков которой находилось отчаяние «культурно» уничтожаемого и целенаправленно выселяемого из родины народа? Борьбы, в которой у армянского народа не было иных союзников, кроме как чувства Родины. Борьбы, победа в которой давала возможность сохраниться Армении, армянскому народу, а поражение неминуемо привело бы к этническим чисткам, депортации, беженству и скитаниям древнего народа. Борьбы, в которой отдали свои жизни многие и многие армянские поколения.

К 1988 году я уже пятнадцатый год, как жил и работал в столице Узбекистана, Ташкенте. Окончив в этом городе вуз, я был оставлен преподавать в Ташкентскомгоспединституте. У меня была работа, семья, дети, жилье. Казалось, что еще нужно человеку? Меня уважали, мои знания ценили, и я, достаточно еще молодой человек, был избран там заместителем декана. Казалось, впереди была успешная карьера ученого, преподавателя. Однако февраль 1988 года стал переломным как для всего армянского народа, так и моей семьи. Будучи профессионалом, я понимал, Азербайджан пойдет на все, вплоть до войны, чтобы заглушить у армянского народа стремление к свободе. Я также понимал, что я обязан быть в Карабахе, там, где более всего нужен моему народу. Молодой, грамотный, бывший борец, как я мог спокойно смотреть со стороны на то, как борется мой народ? И мы, всей семьей, переехали в Степанакерт. В город и край, который до того никогда не видели.Который, однако, был для нас столь же родным, как и Восканапат, в котором покоятся многие поколения моих предков, и Гандзак, в котором я имел счастье родиться. Ибо, воспитанный на традициях Мелик-Шахназарянов, княжеского рода наследственных владетелей Восканапатского меликства, я с равной любовью относился к любому уголку Страны Армянской. Уверяю Вас, если бы армянский народ заявил о своих правах в Нахиджеване или Карсе, Джавахке или Гандзаке, словом, любом плененном уголке Армении, моя семья оказалась бы там. Тогда еще малолетние мои сыновья свои первые впечатления о Степанакерте по сей день связывают с огромным количеством вооруженных солдат, грубо и бесцеремонно обыскивающих прибывающих из Армении пассажиров под противное хихиканье азербайджанских милиционеров. Всю войну моя семья прожила в Степанакерте, пережив блокаду и голод, варварские бомбежки и практически полное разрушение города. Взгляните на моих сыновей: эти рослые и крепкие сегодня парни свыше двух лет детства, спасаясь от варварских бомбежек города, прожили в подвале типовой пятиэтажки. Поверьте, они были бы еще более крепче и здоровее, если бы имели нормальное детство. Азербайджан отнял у них детство, как и у многих десятков тысяч армянских детей. Стоит ли удивляться тому, что мои уже взрослые сыновья преданно служат родному народу? Сегодня один из них является офицером Вооруженных сил Армении, а другой – политологом. 

Естественно, что переехав в Карабах, я активно подключился к Арцахскому движению. Выступал на митингах, разъезжал по деревням, сколачивал отряды самообороны. Однако вскоре мне пришлось покинуть Карабах. В моем родном городе, в котором я провел беззаботное и по-своему счастливое детство, начались массовые погромы армян. 21 ноября 1988 года Азербайджан, в бессильной ярости, в одночасье, по приказу из одного и того же центра в Баку, начал погромы, убийства и депортацию армянского населения республики. Во всех, без исключения городах и селах республики, где были армяне. Уже через двое суток я прилетел вГандзак. До конца жизни буду гордиться тем, что имел честь быть одним из руководителей обороны моего города. Я горд тем (и надеюсь успеть рассказать об этом внукам), что нападавшие на город бандиты бежали при одном моем имени. Они помнили меня – бывшего борца, неизменно повергавшего их на ковре. И до конца жизни не устану повторять, гандзакцы в этом противостоянии потеряли все, кроме чести. Назову цифры: в городе было примерно 45 тысяч армян и 200 тысяч азербайджанцев; в столкновениях погибли трое армян и были убиты 27 азербайджанских погромщиков. И я счастлив был бы знать, что кто-то из погромщиков и насильников был уничтожен моей рукой, ибо тем самым спасалась жизнь армянской матери и сестры. О событиях того времени мною через несколько лет была написана небольшая брошюра: «Гандзак. Неутраченный мир».

Будучи в Гандзаке, мне пришлось пережить как общенациональную трагедию, так и личные неприятности. Я был в моем родном городе, когда на север Армении обрушилось страшное, катастрофичное землетрясение. И я очевидец того, какой праздник устроили азербайджанские жители древнего армянского города, как радовались они нашему горю, как пускали в воздух воздушные шарики... А в Гандзаке был траур... Через неделю я был арестован сотрудниками КГБ СССР и брошен в азербайджанские застенки. На мой вопрос – «За что?» - ведь я сделал то, за что русские награждали бы своих, следователь, полковник КГБ из Москвы, смущенно пожимал плечами. Что мне пришлось пережить там, описывать не буду, достаточно сказать, что я, здоровый, крепкий мужчина за сто килограммов, вышел оттуда имея вес всего в 57 кг. 

Понятно, конечно, что я вновь вернулся в Арцах. Понятно и то, что я не сидел сложа руки в Степанакерте. От Геташена до Гадрута, от Мартуни до Мартакерта, я бывал везде, где чувствовал необходимость моего присутствия. Основным моим оружием было перо, но когда наступило время, я, как и тысячи других армянских патриотов-интеллигентов, взял в руки и автомат. Счастлив и горд тем, что принимал личное участие в освобождении армянских сел от захватчиков. Горжусь тем, что был координатором крупной военной операции, приведшей к освобождению сразу трех деревень в Гадрутском районе.

Одновременно я руководил подпольной радиостанцией «Азат Арцах», которую командированные в Арцах лучшие сыщики СССР так и не смогли вычислить. Выезжал за пределы Карабаха, в разные города СССР, принимал участие во встречах, коллоквиумах, семинарах по Карабаху. Осуществлял связь Карабаха с внешним миром и одновременно писал статьи для мировой и армянской прессы.

В декабре 1991 года я был избран депутатом Верховного Совета НКР, а в январе 1992-го председателем Комиссии по внешним сношениям ВС НКР. Работал на этой должности до лета 1995 года. За этот период пришлось выступать в Европарламенте, в ООН, встречаться с государственными мужами и руководителями многих стран. И я с гордостью утверждаю, не было тогда, как, впрочем, и сейчас, правоведа или политика, который смог бы опровергнуть наши аргументы, доказывающие правомерность зарождения и построения НКР. Конечно, это была заслуга всего армянского народа, однако, согласитесь, правильно и умело преподнести правду – это тоже немалого стоит.

Азербайджан, естественно, относился ко мне враждебно, но, уверяю Вас, в моей душе ненависти к рядовым азербайджанцам никогда не было. Это могут подтвердить и те сотни мирных ходжалинцев, которых я допрашивал, которых обеспечил пищей, и которых в конце концов передал азербайджанской стороне. Это могут подтвердить и те пленные азербайджанские вояки, которым посчастливилось попасть ко мне. Моими врагами были руководители Азербайджана, кровожадным планам которых я противопоставлял патриотизм и знания моего народа. 

После окончания военных действий, после заключения перемирия я стал заниматься чистой политологией, доказывая в своих трудах несостоятельность притязаний Азербайджана на армянские Арцах и Утик, ныне в совокупности называемых Карабахом. Моя книга «Военные преступления Азербайджана против мирного населения НКР» преследовала именно эту цель. Кроме того, в книге я аргументированно доказал и продемонстрировал желание Азербайджана не только избавиться от армян любой ценой, но и уничтожить все культурологические следы автохтонных в регионе армян. Азербайджан стремится присвоить всю нашу культуру: от историков и поэтов до храмов и ковров, от песен и фольклора до кухонных рецептов. Кроме собственно духовных и материальных богатств, это позволяет им называть нас агрессорами, в какой-то степени «оправдывает» ту чудовищно жестокую депортацию, которую они устроили армянскому народу. И я, в меру своих сил, конечно, борюсь с этим неприкрытым грабежом, с тем, что я называю Геноцидом армянской цивилизации в Азербайджане.

Мне трудно конкретизировать, какая сторона моей деятельности послужила пусковым механизмом для решения Азербайджана физически уничтожить меня. И хотя немало общественных деятелей этой республики «пострадали» из-за моих статей, как представляется, в этом преступлении нет личного фактора отдельных, пусть даже самых влиятельных деятелей Азербайджана. Здесь замешаны более серьезные причины, причины, расшатывающие государственный устой незаконно самопровозглашенного Азербайджана. По этой причине я уверен, в моей гибели заинтересован не какой-либо отдельно взятый азербайджанский чиновник. Нет. В этом преступлении замешаны государственные структуры Азербайджана, его спецслужбы. 

Возможно, что причиной этого решения стала моя книга, написанная в соавторстве с Гайком Демояном, «Ходжалинское дело. Особая папка». В этой книге, опираясь в основном на азербайджанские и проазербайджанские источники, мы аргументированно доказали, что гибель мирных ходжалинцев является следствиемвнутриазербайджанских политических разборок. Армяне к этому преступлению непричастны. Глумление над трупами ходжалинцев является неуклюжей попыткой азербайджанских вандалов переложить вину за массовое убийство невинных людей на армян. Армяне, повторяю, к этому преступлению никакого отношения не имели. Как мне приходилось нередко повторять, мы с трупами не воевали. И, наоборот, в книге «Ходжалинское дело» доказывается причастность к этому чудовищному преступлению азербайджанского «общенационального вождя», Гейдара Алиева. В то время он был практически в изгнании, и стремился любыми способами вернуть себе власть в этой республике. Возможно, именно эта книга, а заодно и мое личное участие в блестяще проведенной Силами СамообороныАрцаха Ходжалинской операции подтолкнули руководство Азербайджана на решение о моем уничтожении. 

А возможно и книга, написанная в соавторстве с фронтовым другом, правоведом Ашотом Хачатряном «НКР в свете международного права». В этой книге мы, опираясь исключительно на международное право и советское законодательство, неопровержимо доказываем право народа Карабаха на построение собственного государства. Больше того, на основе сопоставления государственных документов о провозглашении независимости Азербайджана с международным правом и советским законодательством мы неопровержимо доказываем, что Азербайджан провозгласил свою независимость с грубыми нарушениями международного права и советского законодательства. Достаточно сказать, что в этой республике не был проведен «референдум независимости», то есть при провозглашении Азербайджанской Республики не было учтено мнение населения. А ведь это является главнейшим требованием международного права. Игнорирование мнения населения при принятии решения о государственной независимости явилось актом неприкрытой узурпации власти в республике. И речь уже не только о районах, в которых компактно проживают коренные в республике народы. Власть была узурпирована и в тех районах, большинство населения которых составляли собственно закавказские турки - азербайджанцы. 

Не исключено, что решение о моем устранении Азербайджан принял после того, как ознакомился с нашей другой, общей с Ашотом Хачатряном, книгой: «Этнополитика Азербайджана». В этой книге рассказывается об отношении тюрок-азербайджанцев к коренному населению республики: лезгинам, талышам, татам, аварам, цахурам и другим. Дискриминация, которой подвергаются эти народы, большинство из которых являются автохтонами на левом берегу Куры, весьма схожа с дискриминацией армян. Мы также документально напомнили читателю о пришлости кочевых тюркских племен в наш регион, рассказали о применяемых Азербайджаном приемах и методах насильственной ассимиляции и вытеснении коренных народов. Мы, конечно, понимали, что эта книга руководству Азербайджана настроение не поднимет. Но мы считали это своим долгом. Коренные народы левобережья Куры, чьи исконные территории ныне оккупированы закавказскими турками, давно уже заслуживают того, чтобы о них вспомнили, чтобы мир знал об их бедах и проблемах, об их трудностях жизни на своей исторической родине.

Возможно, что причиной решения о моем устранении стали мои статьи о шейх уль-исламе хаджи Аллах Шукюре Паша-заде, самозванном, дважды «пожизненно избранным» председателе духовного управления мусульман Кавказа. Паша-заде всячески третирует коренные народы на севере азербайджанской республики, незаконным образом отстраняет от работы лезгинских и аварских священнослужителей-дибиров, назначая туда своих ставленников. Будучи шиитом, он не имеет на это права, так как и лезгины, и аварцы исповедуют ислам суннитского толка. Но когда это право в Азербайджане было в почете? Мне также стали известны многие позорящие духовное лицо финансовые махинации Паша-заде. Будучи владельцем сети ресторанов и увеселительных заведений, в том числе и публичных домов в самом центре Баку, Паша-заде является единоличным монополистом на поставку в Азербайджан строительного железа. Позорным является описанный мною и впоследствии подтвердившийся факт сокрытия от верующих Азербайджана количества полученных республикой из Саудовской Аравии квот на хадж. В результате этой махинации Паша-заде продал верующим из Ирана семьсот разрешений на хадж, «заработав» на каждом из них до тысячи долларов США. Недовольствовавшись этим, он разместил их в Баку в принадлежащей ему лично гостинице «Абшерон». Понятно, что за проживание в гостинице он содрал с паломников втридорога. Дело дошло до того, что обманутые паломники из Ирана устроили акции протеста прямо в центре Баку.

Не исключено, что руководство Азербайджана невзлюбило меня из-за трудов о так называемом «курдском факторе» в этой республике. Дело в том, что сегодня в Азербайджане правят курды. Они находятся на всех ключевых должностях. Многие из них мимикрируют под азербайджанцев, однако сегодня их этническая принадлежность неопровержимо доказана. Так, курдами являются сами Алиевы, что даже зафиксировано в «Энциклопедии советских курдов». Но если курдское происхождение клана Алиевых известно многим, то мало кто знал, что курдами являются могущественнейший в этой республике глава адиминистрации президента Азербайджана Рамиз Мехтиев, всесильный начальник личной охраны президента Бейляр Эйюбов, президент Государственной нефтяной компании АзербайджанаРовнаг Абдуллаев, министр по чрезвычайным ситуациям Камалетдин Гейдаров, владелец самого крупного холдинга в Азербайджане «Азерсун» Абдулбари Гезал, мэр Баку Гаджибала Абуталыбов, шеф государственной телерадиокомпании Ариф Алышанов, глава Нахиджеванской автономии Васиф Талыбов и прочие. В среднем руководящем звене Азербайджана курды занимают ключевые позиции, влияющие на всю общественную жизнь. Стоит ли удивляться тому, что Азербайджан уже много лет не выполняет требования Турции и США о признании действующей на территории Турции Курдской рабочей партии (ПКК) террористической организацией? Как может сделать это республика, в которой по крайне мере два крупнейших деятеля – Абдулбари Гезал и Ровнаг Абдуллаев – финансово подпитывают ПКК? Наконец, наивно было бы считать, что Ильхам Алиев не осведомлен о связях этих лиц с ПКК. Обо все этом я писал в своих многочисленных публикациях, и думается, что для преступного режима Азербайджана существуют «серьезные основания» пытаться заставить меня замолчать. 

Примерно год назад мне стало известно о преступном мошенничестве, совершенном нынешним президентом Азербайджана, Ильхамом Алиевым, у постели умирающего Гейдара Алиева. В начале августа 2003 года небольшая группа государственных деятелей Азербайджана вылетела на несколько часов в Турцию, к находящемуся в коме Гейдару Алиеву. Вышли они оттуда с «подписанным указом» Г. Алиева о назначении сына премьер-министром Азербайджана, что в то время означало и.о. президента. Пребывающий в коме Г. Алиев, из которой он так, кстати, и не вышел, естественно, не мог ничего подписывать. Как мне стало известно, фальшивый указ был подписан начальником личной охраны Г. Алиева, а ныне и Ильхама Алиева, Бейляром Эйюбовым. Фактически Ильхам Алиев посредством подлога узурпировал власть в Азербайджане, и я подробно написал об этом не только в армянской, но и в российской периодике. Большая статья под названием «Государство узурпатор – государство узурпаторов» тогда наделала много шума, ибо в ней аргументированно доказывалось, что а) Азербайджан является искусственным государственным образованием, построенным на территориях, принадлежащих автохтонным народам; б) все, без исключения, президенты независимого Азербайджана пришел к власти в этой республике путем государственного переворота или, как Ильхам Алиев, подлога. Муталибов, Мамедов, Эльчибей, Алиевы, папаша и сынок, все они стали президентами Азербайджана неправовым, точнее, преступным путем. И ведущие с ними переговоры лидеры государств мира должны знать об этом!

Как видите, мне трудно судить, что конкретно стало причиной того, что в высшем руководстве Азербайджана было принято решение о моем физическом устранении. Скорее всего, это своеобразная «оценка» всей моей общественно-политической деятельности на протяжении последних двух десятков лет. Это означает, что я на правильном пути, что моя деятельность, мои работы расшатывают, бьют по придуманным основам построенного неправовым, преступным путем государства. Сегодня это государство предъявляет территориальные притязания на всю территорию моей родины – Армении. Дело дошло до того, что на официальном сайте правительства Азербайджана, в опубликованной биографии новоназначенного министра сообщается: родился в Ноемберянском районе Западного Азербайджана. Западным Азербайджаном бакинское правительство именует территорию Республики Армения. Ильхам Алиев на открытой встрече с сотрудниками и авторами готовящейся к изданию государственной энциклопедии Азербайджана требует от них убрать из научной книги все без исключения армянские фамилии. Зная язык, историю, культуру, наконец, менталитет конгломерата пришлых в нашем регионе тюркских кочевых племен, ныне именуемых азербайджанцами, я со всей ответственностью заявляю, что нынешние «бумажные претензии» неминуемо трансформируются в материальные. Со всеми исходящими из этого неприглядного факта последствиями. Именно с этим я и пытаюсь бороться. Показать миру, что не может пришлый народ иметь территориальные притязания на какие либо территории. И речь не только об Арцахе, Утике и остальной части исторической Армении. Речь также и о коренных народах Азербайджанской республики: лезгинах, аварах, талышах, цахурах, удинах и других.

Впервые в истории государство под названием Азербайджан появилось в 1918 году. Подобное стало возможно в результате развала Российской империи и захвата большей части Закавказья турецкой регулярной армией. Турция породила Азербайджан, и Турция сегодня продолжает оставаться гарантом существования этого государства. Симптоматично, что в Азербайджане воспринимают признание парламентами разных стран Геноцида армян в Османской Турции даже более нервно и с большим беспокойством, чем в самой Турции. В Баку прекрасно осознают: окончательное признание Геноцида армян лишит Турцию возможности способствовать продолжению экспансионистской политики Азербайджана в регионе. Планы Азербайджана по аннексии армянского Арцаха-Карабаха потерпят крах, а о территориальных претензиях пришлых кочевых тюрок к Республике Армения придется забыть навсегда.

Сегодня главным и, пожалуй, единственным союзником Турции в сокрытии фактов Геноцида армян является Азербайджан. В этой республике понимают, им также придется отвечать за акты геноцида против армянского народа. В 1918 году в Нухи-Арешском регионе ими были вырезаны свыше сорока тысяч ни в чем не повинных армянских крестьян. В сентябре 1918 года совместные силы турок анатолийских и турок закавказских (будущие азербайджанцы) были вырезаны свыше 30 тысяч армян Баку. В 1920 году эти же силы вырезали в Карабахе свыше 40 тысяч армян, из них только в Шуши около 30 тысяч. Огромное количество архивных материалов не оставляет места для сомнений: геноцид армян в Азербайджане в 1918-1920 годах являлся продолжением Геноцида армян в Османской Турции. Это была совместная политика одного и того же народа. Не случайно в Анкаре, на памятнике Гейдара Алиева, высечены его слова: Один народ – два государства. 

Пару лет назад в Стамбуле от руки подлого трусливого убийцы пал армянский писатель и публицист, редактор газеты «Акос» Грант Динк. Его убили не за то, что он писал о геноциде армян в Османской Турции. Гранта убили за то, что он не согласился с постулатом Кемаля Ататюрка, гласящего, что из всех народов мира только турок является трудолюбивым и честным. Полемизируя с идеологией Ататюрка, Грант Динк написал: «Я трудолюбив и честный человек. Но я не турок». Именно этого ему не простила турецкая идеология, ибо в словах Гранта Динка была бьющая по основам турецкой идеологии правда. Та самая правда, которая турецкой государственной машине не нужна. Его убийца, Огюн Самаст, заявил на суде, что этим выражением Грант оскорбил турецкую нацию. А полицейские, призванные стеречь и охранять убийцу, фотографировались со ставшим национальным героем убийцей. Чтобы демонстрировать потомкам свою причастность к национальному герою Турции, убийце Самасту. 

Уже без малого пять лет, как в Будапеште был подло убит армянский офицер – Гурген Маркарян. Его убийца, азербайджанский офицер Рамиль Сафаров, зарубилГургена топором, ночью, спящего. Напасть на бодрствующего Гургена Сафаров не посмел, ночные убийцы всегда являются трусами. Единственной причиной этого грязного убийства явилась национальная принадлежность Гургена Маркаряна. Он был армянином, а убийство армянина в Азербайджане почитается за доблесть. Никакое убийство, даже самое подлое, не конфликтует с менталитетом турка. Сафаров и сегодня признается национальным героем Азербайджана, сотни организаций объединились под лозунгом «Свободу Рамилю Сафарову». Национал-демократическая партия признала его «человеком года», а омбудсмен Азербайджана заявила, что «наша молодежь должна брать пример с Рамиля Сафарова». Стоит ли удивляться тому, что сегодня именами Рамиль и Рамиля называют новорожденных мальчиков и девочек в Азербайджане, тем самым подспудно готовя из них новых убийц. Убийц, которые не будут брезговать никаким способом убийства, хотя само по себе убийство для любого нормального человека является тяжким грехом. Убийц, которых взращивает господствующая в Азербайджане идеология. Как видим, и в Азербайджане, и в Турции прекрасно понимают силу слова. Можно даже сказать, что понимают это лучше, чем мы, армяне, народ, свыше шестнадцати веков назад создавшие оригинальные письмена, всегда, всю историю боготворящий книгу и своих известных и безвестных историков.

Сегодня перед нами сидит несостоявшийся герой Азербайджана, всего турецкого народа. Нет, он все сделал правильно, в полном соответствии с данным ему заданием, переданным посредством азербайджанца по имени Ахан. Приехал, выследил, подкрался, выстрелил с расстояния в три метра. И не его вина, что пуля попала в решетку окна, в проеме которого я стоял. Несколько миллиметров выше или ниже, вправо или влево, и человек, известный как «Турок Аршак», мог бы стать героем азербайджанского народа. Ибо там героем считается любой человек, убивший любого армянина.

«Турок Аршак» долго шел к этому дню. Не случайно он получил столь выразительное прозвище. И не случайно последние несколько месяцев до преступления он пребывал в Турции. К сожалению, следствию пока не удалось выяснить, чем он занимался там. Турок Аршак говорит, что занимался рыбной ловлей, однако ни моря, в котором он якобы занимался рыболовством, ни рыбы, которую он якобы ловил, он не смог назвать. Остается предположить, что Турок Аршак пребывал в одном из многочисленных лагерей, в которых готовят, и не только физически, боевиков. Обратите внимание, в его телефонном фотоальбоме всего две фотографии из Турции, из которой он вернулся незадолго до преступления. И на обеих памятники Ататюрка. Разные. Ничего более примечательного, чем любимый кумир-людоед он в Турции не нашел. Это тот самый Ататюрк, на совести которого сотни тысяч невинных армянских душ. Тот самый Ататюрк, кто каленым железом выжигал ассирийские деревни, жители которых виновны были только в том, что исповедовали христианство. Тот самый Ататюрк, который, глядя на горящие греческие кварталы в Измире и мечущихся в огне греков, мечтательно произнес: «В этом огне очищается Турция». Наконец, это тот самый Ататюрк, за несогласие с расистским выражением которого спустя много десятков лет был убит Грант Динк. Как видим, кумир у «Турка Аршака» весьма символичный.

Продолжение читайте здесь.