Футбольный  матч 14 октября в Бурсе, как известно, спортивных последствий не имел. И армянская, и турецкая сборные еще до этой игры лишились шансов на выход в финальную пульку чемпионата мира. Однако интерес к игре двух сборных был колоссальный, и носил он не столько спортивный, сколько политический характер. За ходом игры с особым интересом следили в Армении, Турции и… Азербайджане. Причем, судя по всему, матч между Турцией и Арменией вызвал в этой республике намного больший интерес, чем в государствах, сборные которых встречались на зеленом газоне.

Итак, к матчу  Турция – Армения Азербайджан  подготовился основательно. Судите сами: стадион в Бурсе вмещает 20 тысяч  зрителей, а флагов Азербайджана на игре, согласно задумке Баку, должно было быть 15 тысяч. И это при том, что собственно футбольных болельщиков на стадионе было меньше, чем сотрудников охраны. Таким образом, Азербайджан намеревался продемонстрировать свою приверженность к старшему брату и неприязнь к Армении.

Однако турецкое правительство, движимое стремлением  «показаться» Европе, не захотело оценить  верноподданнические чувства непутевого отпрыска. И запретило проносить  на стадион флаги третьего государства. Правда, уже на следующий день после игры Турция заявила, что выполняла распоряжение ФИФА, но эта отговорка носила настолько притянутый характер, что в нее не поверили даже азербайджанские политики и политологи, стремящиеся во что бы то ни стало сохранить хотя бы видимость дружественных с Турцией отношений.

В самом  деле, еще до начала матча прибывшие  из Азербайджана «болельщики» постарались  всучить мэру Бурсы, Шахабеддину Харпуту, флаг своей республики, однако натолкнулись на вежливый, но твердый отказ. Кроме того, за день до игры основных сборных состоялся матч молодежных сборных Турции и Армении, на котором также были запрещены азербайджанские флаги. Все это подтверждает, что решение о недопущении на стадион флагов третьего государства было принято в самой Турции, а не в ФИФА, которая просто не могла позволить себе дискриминацию на национальной почве. Такие вещи могут происходить в Турции, но никак не в уважаемой в мире организации.

Все это  прекрасно понимают и в Азербайджане, МИД которого вызвал к себе временного поверенного в делах Турции в Азербайджане Нихата Дживанери для выражения официального протеста Анкаре «в связи с неуважительным отношением к национальному флагу Азербайджана, проявленным во время проведения 14 октября в Бурсе футбольного матча между сборными Турции и Армении».

Дипломатический язык, однако, не совсем точно определяет происходящее: отношение в Турции к азербайджанскому флагу было не неуважительным, а пренебрежительным. Специальная охрана на стадионе в Бурсе чуть ли не догола раздевала входящих на стадион, бесцеремонно отбирая чужие флаги и выбрасывая их в общую кучу, по которой проходили остальные болельщики. Многие «знаменосцы» сами выбрасывали флаги, и к началу матча все улицы Бурсы были замусорены растоптанными и пыльными флагами.

Подобное отношение к одному из символов Азербайджана со стороны представителей турецкого государства стало поводом для непривычно резких высказываний со стороны азербайджанских политических деятелей и политологов. О реакции МИДа этого государства уже было сказано, а вот как отреагировали не стесненные дипломатическим этикетом некоторые деятели государства с униженным и оплеванным флагом.

Председатель демократической партии Азербайджана С. Джалалоглу: «Турция перешла границы, пытаясь доказать свою искренность своим друзьям за границей. Мы хотим знать, почему сближение Турции и Армении должно происходить за счет отстранения Азербайджана?»

Политолог М. Ахмедоглу: «Они не мусульмане и не турки. В турецком правительстве есть люди, которые считают армян святыми. Армения считает Азербайджан врагом, и эти люди относятся к нам также. Отсюда и такое отношение к флагу».

Председатель Социал-демократической партии Араз Ализаде: «Растоптав азербайджанский флаг, турецкие официальные лица унизили свою страну перед Арменией. Этим шагом Турция показала, что Армения им дороже Азербайджана. Турецкое правительство продемонстрировало, что они готовы к сближению с Арменией и отказаться от Азербайджана». 

Подобных заявлений обиженных политиков Азербайджана много, и все они свидетельствуют об одном: Азербайджан теряет веру в своего родителя, пренебрегающего интересами отпрыска ради собственных интересов. Между тем, подобная ситуация в недолгой истории Азербайджана уже была. Осенью 1918 года, после поражения в Первой мировой войне, турецкая регулярная армия покинула ею же порожденную Азербайджанскую республику, оставив последнюю наедине с порожденными экспансионистской политикой нового государства многочисленными противниками. Азербайджан тогда стал разваливаться на глазах, и лишь советизация этого образования спасла его от скоротечной смерти. А еще до ухода из региона турецкий генерал Нури выселил министерство обороны Азербайджана из Баку. История сохранила его объяснение этому решению: «От офицеров закавказских турок дурно пахнет». Думается, что мэр Бурсы может повторить эти слова: «От политизированных азербайджанских «знаменосцев», пытавшихся превратить футбольный матч в околополитический фарс, дурно пахнет».

Симптоматично высказывание первого вице-спикера азербайджанского Милли меджлиса З. Аскерова по поводу турецко-азербайджанских отношений: «Если граница будет открыта до освобождения наших оккупированных территорий, это станет ударом кинжала Турции в спину Азербайджана». Однако, судя по высказыванию Дениза Байкала – лидера крупнейшей оппозиционной партии Турции: – «Наша любовь к Азербайджану является не платонической, а реальной», речь идет не о кинжале, и уж вовсе не о спине.

Наконец, хотелось бы привести еще одно высказывание уже упоминавшегося С. Джалалоглу: «Очень прискорбно, что в Турции к азербайджанскому флагу демонстрируют то же отношение, что и к флагу ПКК». Думается, что Джалалоглу даже не подозревает, насколько он близок к истине. Хотя бы потому, что и Азербайджанская республика и Рабочая партия Курдистана (ПКК) возглавляются курдами и финансируются в основном из одного и того же источника. Нефтяного. 

Левон МЕЛИК-ШАХНАЗАРЯН