 Интервью политолога Левона МЕЛИК-ШАХНАЗАРЯНА обозревателю портала Voskanapat.info Гоар КАРАПЕТЯН
Г. К. Левон Грантович, в своем интервью газете «Айоц Ашхар» Вы сказали, что в Азербайджанской республике находится один из мозговых центров Курдской рабочей партии. Зачем это нужно Азербайджану?
Л.М.-Ш. Любое государство всегда старается создать/заиметь рычаги воздействия на другое, чаще всего, соседнее государство. Даже если между ними установились очень дружеские отношения. Наличие такого рычага вовсе не означает его непременного применения. Он необходим в качестве сдерживающего фактора, с помощью которого государство страхует себя от возможных нежелательных для себя отходов союзника в его внешнеполитических пристрастиях. Или воздействует на внешнюю и внутреннюю политику «контролируемого» государства. Сверхдержавы потому и считаются таковыми, что способны влиять на политику большинства государств мира. Азербайджан сегодня действительно имеет возможность (пусть даже не сильно) влиять на политику Турции и Грузии, и постоянно стремится нарастить эти возможности.
При этом политика Азербайджана по отношению к действующему в Турции правительству, что бы там ни говорили бакинские политики, является по-настоящему враждебной. И проблема не только в курдах, хотя она является одной из основных. Проблема носит также и конфессиональный характер. Разнузданная антиклерикальная политика Азербайджана, в котором чуть ли не ежемесячно сносятся и закрываются мечети, вошла в серьезное противоречие с идеологией правящей в Турции исламистской Партии справедливости и развития. Это – еще один стимул для сближения Азербайджана с крупнейшей оппозиционной Народно-республиканской партией Турции, продолжающей традиции Мустафы Ататюрка, ярого противника ислама. При этом, обратите внимание, Азербайджан довольно плотно работает с функционирующим в Турции религиозным течением джаффаритов, в рядах которого много этнических азербайджанских турок.
Что же касается курдов, то в отношениях с ними Баку эксплуатирует этнический фактор большинства руководителей Азербайджана, курдов по национальности. А чтобы этот фактор выглядел еще и убедительно, азербайджанские курды подпитывают его денежными вливаниями.
Г. К. А Турция? Как она относится к подобному поведению части «бир миллята»?
Л.М.-Ш. Этнический опыт турок привык к подобному поведению даже единоутробных братьев, что уж там говорить о раскольниках, отпавших в свое время от основной массы тюркских кочевников? Азербайджанские и анатолийские тюрки не раз в истории воевали друг с другом. Азербайджанские турки, в массе своей шииты по вероисповеданию, веками противостояли исповедующим суннизм туркам анатолийским. Разговоры о «бир милляте» возникли лишь в конце ХIХ, начале ХХ веков, на волне новой идеологии пантюркизма. До этого времени изнеженные и холеные стамбульские беи с презрением относились к закавказским туркам. Впрочем, сегодня это отношение не сильно изменилось. Такое же отношение у анатолийских турок и к туркам среднеазиатским, поволжским, сибирским и т.д.
Турки, что те, что другие, что третьи, никогда не доверяли друг другу. И даже самим себе. Напомню о широко известном факте: наследный принц Османской Турции, оказавшись на престоле султана, первым делом уничтожал своих братьев. Они не могли позволить остаться в живых кому либо, кто, опираясь на «право крови», способен завтра заявить о своих претензиях на престол. Ныне между Турцией и Азербайджаном, по сути, происходит тот же процесс: мы с вами наблюдаем взаимные попытки уничтожения политической воли соперника. Баку и Анкара – это братья, стремящиеся взять верх друг над другом. Равным образом относятся друг к другу и остальные турки: узбеки постоянно конфликтуют с киргизами, туркмены находятся в напряженных отношениях с Азербайджаном…
Г. К. А Турция предпринимает какие-либо меры против Азербайджана?
Л.М.-Ш. Было бы неправильным считать, что Анкара только обороняется. Это далеко не так. Мелкие козни, вроде инцидента с азербайджанскими государственными флагами, которыми, перед футбольным матчем с Арменией, заполнили мусорные урны в турецкой Бурсе, это лишь видимая часть айсберга. И прямые оскорбления женщин, депутатов Милли меджлиса Азербайджана, которых премьер-министр Турции Эрдоган, по сути, назвал проститутками, также относятся к разряду видимых, но малозначащих аспектов противостояния. Куда серьезнее состоящие из представителей радикального исламистского движения турецкие десанты в Азербайджане. Как правило, все они состоят из приверженцев радикальных течений суннизма. Фактически Турция не только радикализирует азербайджанское общество, но и раскалывает его по признаку суннизм – шиизм. А насколько противоречия между двумя этими исламскими течениями серьезны, мы с вами можем увидеть в Ираке, где уже много лет приверженцы этих течений бессмысленно и жестоко убивают друг друга.
Наиболее деструктивными в этом плане являются так называемые нурсисты, или нурчи, как их называют в Азербайджане. Интересно, что в самой Турции они официально находятся под запретом, а вот в Азербайджане функционируют совершенно открыто. Как, впрочем, и КРП. Азербайджан так и не признал это движение в качестве террористической. Несмотря на то, что КРП официально признан террористической организацией в Турции, США, многих государствах Европы. Сам факт того, что в Азербайджане свободно проповедуют нурсисты и функционируют ячейки КРП, указывает на глубокие противоречия между Баку и Анкарой. Но если КРП является плохо завуалированным оружием Азербайджана против Турции, то нурсисты представляют, если не угрозу, то беспокойство и для самого Азербайджана.
Г. К. Почему же Баку не пытается избавиться от них?
Л.М.-Ш. В самом деле: на первый взгляд это было бы логично. Однако, не все так однозначно и просто. Во-первых, Баку уверен, что сумеет удержать под своим контролем представителей этого движения. Во-вторых, Азербайджан надеется, что, при необходимости, сможет «вернуть» идеологическую бомбу нурсизма обратно. Кроме того, нурсистам действительно трудно распространить свое влияние в шиитском Азербайджане: единственный регион, где они находят «понимание», это северные районы Азербайджана, населенные преимущественно суннитами. Но, с другой стороны, Баку получает возможность «обосновать» свои репрессии в среде аборигенных дагестанских народов Азербайджана наличием среди них радикальных исламистов.
Г.К. Грязный, надо сказать, прием.
Л.М.-Ш. Согласен, грязный. Но, скажите, когда это в своей недолгой истории Азербайджан пытался решить национальные вопросы цивилизованными методами?
Г.К. Но разве нет в Азербайджане интеллигенции. Ведь интеллигенция это нравственное мерило любого общества. У них же есть академики, поэты, художники, творческие работники…
Л.М.-Ш. Вы повторяете распространенную ошибку. Грамотный человек далеко не всегда является интеллигентом. Но тема интересная, и я хотел бы развить ее.
По моему глубокому убеждению, интеллигент – это человек, живущий в согласии с духовными, нравственными, материальными ценностями своего народа. Я хочу подчеркнуть: своего народа. Интеллигент не может быть космополитом. Ибо то, что принято у одного народа, не обязательно приветствуется у другого. Как в кажущихся мелочах, в быту, так и в более серьезных обстоятельствах. К примеру, в гостях у армянской семьи разуваться не принято, это – неуважение к хозяйке. В то же время зайти в гости к жителю Центральной Азии или, например, японцу, в обуви, означает нанести им глубокое оскорбление. И это объяснимо. В Центральной Азии принято есть на курпаче – это особый ковер – который разостлан на полу. Пройти в дом в обуви сродни тому, как если бы в Европе взобраться на стол.
Можно быть очень грамотным человеком, знать живые и мертвые языки, как, например, Левон Тер-Петросян, но не быть армянским интеллигентом. С другой стороны, живущий, например, в селе армянский виноградарь, за всю жизнь не прочитавший и десятка книг, нередко является истинным эталоном интеллигентности. Каждая нация за века и тысячелетия своего существования выработала собственный кодекс поведения, нравственные и духовные ценности. Они у разных народов различны, иногда в мелочах, иногда до взаимоисключения, и нередко представляют ценность лишь в среде собственной нации. Но они есть у каждого народа, и с этим необходимо считаться.
Нация, в целом, преступления совершить не может. По крайней мере, в нравственных измерениях самой нации. Мы все разные, и с этим необходимо считаться. Все мы помним, как массово ликовал Азербайджан, когда их офицер зарубил во сне нашего офицера, Гургена Маркаряна. Мы тогда возмущались: как можно восхищаться подонком, подлым ночным убийцей? В действительности Рамиль Сафаров не нарушил моральный кодекс тюрка, наоборот, он поступил в полном согласии с этим неписаным кодексом. Потому и пользуется по сей день славой героя. Убийство, даже самое подлое, не конфликтует с менталитетом закавказских турок. У нас это невозможно. Конечно, и среди армян может найтись человек, способный на убийство спящего. Я даже думаю, что нашлись бы и несколько десятков человек, постаравшихся оправдать это убийство. Но в массе армянского народа подобное убийство обязательно подверглось бы осуждению.
Я хотел бы быть понятым правильно: я сейчас не говорю, что хорошо и что плохо. Я просто говорю, что подобный образ мышления выработан наций на протяжении веков. Я понимаю, некоторая часть закавказских турок, из прочитавших эти строки, может возмутиться. Но понимаю и то, что возмущаться будет маргинальная часть, или те, у кого в жилах течет нетюркская кровь. Истинные турки лишь ухмыльнутся. И с этим ничего не поделаешь. Будь турки иными, не такими, какими мы их знаем, возможно, они не выжили бы в истории. И, наоборот, будь мы иными, возможно сегодня не было бы нас. То есть выработанные народом кодексы мировоззренческие ценности в значительной степени продиктованы историей и необходимостью.
Г.К. Вы хотите сказать, что турки ничем не хуже и не лучше нас?
Л.М.-Ш. Именно это я хочу сказать. Мы просто разные. Нельзя, невозможно сравнивать несравнимые вещи. Что лучше, пещера или дерево? Турок и армянин – это цивилизационные антиподы. У нас разное мировоззрение, разная культура, различный, взаимоисключающий образ жизни, разные цивилизации. Мы живем в различных ценностных измерениях. И обязаны воспринимать друг друга такими, какие мы есть.
Г.К. А разве мы поступаем иначе?
Л.М.-Ш. К сожалению, да. Мы всегда наделяли турка собственными качествами, что является ошибкой, граничащей с преступлением. Обратите внимание: с закавказскими турками только в ХХ веке мы воевали три раза. И каждый раз, сразу после окончания очередной войны находились армяне, утверждавшие что турок «уже не тот». Фразу «турки, может и плохие, но вот у меня есть друг, турок…», слышал, наверное, каждый армянин. Результатом подобного мышления являлось то, что после каждой войны уцелевшие от резни армяне оставались жить в тылу у турок, превращаясь в добровольного заложника, или, скажу жестче, «материал для будущей резни».
Неправильно и даже нечестно было бы упрекать людей, но и закрывать на это глаза нельзя. Люди, экстраполирующие на турка собственное мировоззрение, стали невольными виновниками мученической гибели своих детей. Речь не о тех армянах, кто жил в Арцахе и Утике: эти люди жили на своей исторической Родине. Речь о тех, кто жил на левобережье Куры, в Кахском или Шамахинском районах, в Сумгаите или Баку. Нухинские армяне, например, во время каждой из трех упомянутых войн подвергались резне. В общей сложности в Нухи-Арешском регионе турки вырезали свыше 75 тысяч армян. Из них только летом-осенью 1918 года свыше 65 тысяч. Но ведь этого можно было избежать, если бы не это злосчастное «турок уже не тот».
Турок всегда «тот». Как и мы всегда те же самые. Он всегда готов резать, мы всегда готовы «понять его», «заметить» в нем нами же придуманные изменения. Вот и сегодня в Армении живут люди, считающие, что турок «уже не тот». Не понимают, или не хотят понимать, что так просто не может быть. А если понимают и продолжают повторять, то иначе как предателями я их назвать не могу.
Г.К. А турки так же экстраполируют собственное мировоззрение на нас, армян?
Л.М.-Ш. Естественно. Иначе они не были бы способны поверить в тот бред, которым их пичкает азербайджанская государственная пропаганда. Почему среднестатистический закавказский турок верит в то, что армяне убили ходжалинцев, пытали и расстреливали пленных и т.д.? Потому что сам он на это способен. И он просто не может представить, что в жизни возможно иначе. Азербайджанская пропаганда, ежедневно измышляющая новые истории о «зверствах» армян, рассчитана на веками формировавшееся мировоззрение закавказских турок. Семена попадают на хорошо унавоженную почву, потому и дают столь буйные всходы.
Г.К. Выходит, резня и геноцид – неизбежное явление, и мы обречены и в будущем пережить это страшное явление?
Л.М.-Ш. К счастью, это не так. Но не потому, что мы, армяне, внезапно прозрели, или турок изменился. Как я уже сказал, среди армян и сегодня есть люди, считающие, что «турок уже не тот». А турок по-прежнему готов резать мирных и беззащитных. Однако начиная с 1988 года ситуация кардинально изменилась. И в этом заключается один из главных результатов национально-освободительной борьбы арцахцев. Турок потерял свое преимущество. Это делалось не преднамеренно, в какой-то степени даже случайно, вернее, благодаря политической близорукости наших врагов, депортировавших армян с левобережья Куры. Но это случилось.
Арцахская война очень многое изменила в нашей жизни. Как война, она, конечно, ничем не выделяется из тысяч подобных столкновений с соседними племенами, и ее нынешняя героизация является следствием аберрации близости и даже незавершенности самой войны. Но у Арцахской войны есть уникальные последствия: она территориально разделила нас с турками. Понимаете, это очень важно: ареалы расселения армян и закавказских турок больше не пересекаются. Отныне турок лишен возможности вырезать мирное население. А мы лишены чувства беспокойства за оставшихся в заложниках сородичей. Впервые за многие века! Даже если отречься от исторической справедливости, одного этого хватит, чтобы ни в коем случае не впускать больше турка в наши тылы.
Убежден, турок стремится вновь заселиться в Арцахе (горных и низменных частях) не потому, что считает эту территорию своей родиной. Турок и сам прекрасно знает, что это не так. Азербайджан стремится хотя бы частично восстановить условия, позволяющие ему при необходимости вновь начать резню. Ему нужны заложники. Грубо говоря, Азербайджан нуждается в «материале для геноцида». И мы обязаны это понять. У кочевников никогда не было развито чувство родины. Тем более, если эта территория никогда таковой для них и не являлась. Все, чего они лишились, это пастбища с сочной травой в горах Карвачара. Возвращение «беженцев» им нужно, повторяю, чтобы отрезать часть армян от основной массы, вновь заполучить возможность резать, шантажируя тем самым остальную часть армянского народа.
Г.К. Спасибо, Левон Грантович. Надеюсь, у нас будет еще возможность поговорить.
Л.М.-Ш. Конечно. И поговорим мы о нашей Армии, единственном и вечном гаранте безопасности армянского народа.
Г.К. Обязательно. |
армянина -арцахца в райкоме принимают в ряды КПСС и задают ему вопрос-"Назовите наших классовых врагов".Крестьянин не моргнув выпалил-"Агхдами торкеры!" 
