 Леон АГАДЖАНОВ пишет книги трудно. Вернее, очень ответственно. Он буквально гравирует и полирует каждое слово, гладит и пестует. Может, поэтому они у него приобретают ту легкость и ощущение необыкновенного родства с писателем, что испытывают читатели произведений Леона. Боевой офицер, прошагавший сотни километров по дорогам Арцахской войны, после блестящей победы нашей Армии взялся за перо. «Наш сенсей», - как до сих пор уважительно отзываются о Леоне бойцы Арцахской войны, ныне учит не только грамотному и эффективному владению телом, но и правильному восприятию войны.
Книги Л. Агаджанова о войне поражают читателя скорбным юмором – если такое словосочетание уместно – и обнаженной правдой войны одновременно. Трудно даже представить, как Леону удается совместить, казалось бы, несовместимое, но тысячи восторженных отзывов являются подтверждением того, что автор добивается желаемого эффекта. И делает это блестяще.
Многие миниатюры Леона рождались прямо у него на глазах – в годы войны Леон записывал забавные истории в блокнот. Затем к нему стали приходить письма, в которых рассказывалось о других событиях. Были и активисты, собиравшие для Леона интересные военные истории, а уже дело писателя было создавать литературные шедевры, ни на йоту не отходя от истины.
Сегодня Леон Агаджанов продолжает заниматься физической подготовкой будущих офицеров Национальной Армии Армении и писать книги. У Леона есть новая, пока еще неизданная, книга, и мне стоило немалых трудов воздержаться от публикаций отрывков из нее. Вместе с тем, мне очень хотелось в эти праздничные дни угостить читателей Voskanapat.info трудами моего товарища. Поэтому и родилась эта наспех собранная подборка из разных книг. Возможно, сам Леон предложил бы для публикации на Восканапате другие рассказы, не знаю. Собственно говоря, выбор очень мал, в том смысле, что все его рассказы написаны чудесным языком и с огромной любовью к своим героям – Воинам Страны Армянской.
Левон МЕЛИК-ШАХНАЗАРЯН
Я – солдат
Командир Мартунинского оборонительного района никогда не носил погонов. Однажды бойцы спросили его: Какое у тебя звание, Монте? — У меня нет звания. Я — солдат.
Слушаюсь!
Бойцы спецназа готовились к бою. Комбат Ваго Саргсян построил свой батальон, внимательно осмотрел личный состав, вывел из строя раненых и больных. В строю стоял пулеметчик Эмиль: одна нога его была в ботинке, а другая, больная и распухшая, в валенке. Однако солдата это не смущало. На плече - пулемет, за ремнем - противотанковая граната, на лице - решительность и смелость. - Выходи! - приказал комбат.- Бой предстоит тяжелый, участвовать в нем ты не сможешь. - Почему не смогу? Я в порядке, командир,- возразил Эмиль. - Потому, что ты нездоров, я это хорошо знаю. Выходи! - Нет! - Выходи, я сказал! Вдруг пулеметчик ответил: - Да кто ты такой, чтобы запретить мне воевать?! Все опешили. Дисциплина в батальоне была железная, и вдруг такое… - Пойдем,- сдержанно ответил Ваго.- А когда вернемся, отсидишь десять суток на гауптвахте. - Слушаюсь, командир! Бой был действительно тяжелый, длился он несколько дней… После боя уставший Эмиль подошел к комбату и доложил, мол, прибыл для отбывания наказания на гауптвахте. - Пошел ты! - разозлился комбат. - Слушаюсь!
Немного еды
После тяжелого боя привезли ужин. Продуктов в тот день было мало, и Монте заметил это. Бойцы, зная, что он ничего не ел, пригласили его поесть, но Монте ответил, что не голоден, и направился в сторону постов. Через полчаса, вернувшись и убедившись, что все уже поели, он посмотрел, не осталось ли чего в консервных банках, нашел немного еды и запросто, точно родитель за своими детьми, доел оставшуюся пищу. Бойцы, увидев это, были потрясены, и вспоминают сей эпизод со слезами на глазах.
Что бы это значило?
Храм Казанчецоц мамеды превратили в склад боеприпасов, зная, что армяне никогда не станут бомбить свою святыню. Взяв Шуши, бойцы вошли в храм и зажгли свечи. У всех было радостное, умиротворенное состояние. Вдруг приехал Командос и с места в карьер организовал погрузку боеприпасов на бортовые грузовики. При этом он постоянно подгонял бойцов и кричал непонятную для них фразу:
- Быстрее! Сейчас сука появится!
Бойцы не знали, что произойдет, если появится какая-то «сука», но задавать лишних вопросов командиру не решались.
- Что бы это значило? – переговаривались они между собой.
Смертоносный груз был вывезен в безопасное место, а вскоре в небе появился азерский штурмовой бомбардировщик СУ и сбросил несколько бомб на окрестности Шуши. К счастью, никто не пострадал.
Впервые вижу
Один боец любил погарцевать на лошади. Однажды он появился верхом на белом скакуне в двухстах метрах от вражеских постов.
- Слезай, осел! – приказал Монте.
- Почему «осел»? – обиделся боец.
- Убить могут. Думаешь, если сел на белого коня, тебя будут называть Андраником?
- Это турки ослы, они в меня не попадут, – самодовольно заявил наездник.
- То, что турки ослы, я знаю давно, а вот осла верхом на лошади вижу впервые.
Пехота
Полковник Ароян, наблюдая в бинокль за наступлением танка, связался с Монтэ: - Подведи пехоту к танку! Почему не подводишь пехоту к танку?! - Пехота возле танка. - Где же она? Там всего три человека. - А нас всего трое: я, Маво и Айк.
Поход
Наши и вражеские посты находились совсем рядом. Вечером азерский новобранец заблудился и оказался в отряде Маво. Отряд в это время перебазировался, и всю ночь азер шел вместе с нашими бойцами плечом к плечу.
Утром Гацо из Спитакшена, заговорив с азером, поразился, что тот совершенно не говорит по-армянски, а только по-азербайджански:
- Фамилия?! - крикнул ошалевший Гацо.
- Мамедов, - с готовностью ответил солдат.
Штраф
Каждый вечер в 20:00 Монте проводил оперативное совещание с командирами подразделений Мартунинского оборонительного района — заслушивал подчиненных, ставил задачу, готовил приказы. Он не любил, когда кто-либо опаздывал, и в приказном порядке назначил штраф: десять минут опоздания — десять процентов зарплаты и т.д.
Однажды Монте поехал по служебным делам в Степанакерт и вернулся в 20:45. Командиры терпеливо ждали его. Войдя в штаб, Монте виновато объявил:
— Начнем с приказа. "За опоздание на 45 минут удержать с командира Мартунинского укрепрайона 50% зарплаты”.
Бойцы рассмеялись:
— Строгое наказание, особенно если учесть, что ты не получаешь зарплату.
Утка
Бойцы были голодны, но Командос приказал ничего не брать у местных жителей, которые сами голодали. Водитель Убо поймал возле дороги утку - и в машину. Командос набросился на него: - Ты что делаешь?! - Ничего, - ответил водитель, испуганно поглаживая птицу, - покатаю немного и отпущу.
Перевозчик ослов
Во время боя механик-водитель вывел танк на удобную позицию, оставалось только ударить прямой наводкой по танку противника, но командир и наводчик не справились с этой простейшей задачей. Танк выстрелил, возмутительным образом промазал, а противник скрылся. Монтэ внимательно наблюдал в бинокль за всем происходящим.
Когда танкисты вернулись из боя, он вызвал их в штаб.
- Ты кто? - спросил он одного из них.
- Командир танка. - Ты не командир! Осел! А ты? - спросил он другого.
- Наводчик. - Какой ты наводчик! Осел!
Монтэ повернулся к механику-водителю. Тот переживая досадную неудачу, заявил: - Я тоже осел.
- Ты не осел, ты перевозчик ослов.
Курица
- Может быть, у меня от голода галлюцинации, но я где-то видел курицу, - сказал комбат. Вскоре бойцы действительно поймали курицу. Приготовили обед. Неожиданно приехал командир соседнего батальона с замами. Ребята угостили их обедом, сами же остались голодными.
- У нас продукты уже закончились, а вы шикарно живете: кур едите! - отметили гости.
Каша
Араик Маркосян взял в плен азерского разведчика и привел в штаб. Во время допроса азер все время жадно поглядывал на бачок с кашей, предназначенной для наших бойцов, стоявших на посту. Начальник штаба дал азеру миску и ложку, мол, поешь. Тот съел всю кашу.
Голодные бойцы набросились на Араика: - Кто тебя просил этого обжору приводить!
"Б. . . ь"
Французский армянин Овсеп приехал на позиции Феликса Гзогяна. В это время в атаку пошли азерские танки и бронетехника - БМП, БТРы, БРДМы.
Феликс, как настоящий офицер Советской Армии, отдавая команды, через слово-другое кричал "б. . . ь".
Овсеп, с любопытством прислушиваясь к незнакомой русской речи и пытаясь уловить самое главное, наконец спросил:
- Простите пожалуйста, вы не подскажете, какая именно из этой бронетехники называется "б. . . ь"?
Весь танк испортил
Монте корректировал по рации стрельбу из "Града”. Вдруг он сокрушенно запричитал:
— Валера, что ты натворил, что ты натворил?!..
По тону артиллерист понял: случилась непоправимая беда.
— Что?!.. — испуганно спросил он.
— Попал прямо в азербайджанский танк, снес башню. Весь танк испортил! Я думал, мы сумеем захватить его в целости и сохранности.
Отец
Карлен Аракелян решил проведать четырех своих сыновей, которые воевали в Карабахе. Добрался до места, узнал, где находятся посты.
Карлен, ветеран Великой Отечественной войны, мужик боевой, не долго думая, направился прямо на передовую.
На посту все бойцы крепко спали, мирно похрапывая.
Карлен не стал будить их, решив отдышаться и передохнуть, но тут азеры пошли в атаку. Карлен схватил чей-то автомат, открыл огонь. Атака захлебнулась. Ребята вскочили, не поймут, сон это или явь...
- Пап, ты что здесь делаешь?!
- А вы что здесь делаете?! Тоже мне, вояки! Знал бы... подушки бы вам привез.
А ты дал бензин?!
Аскеран. Бойцам, у которых были беременные жены, командир выдавал по пять литров бензина, чтобы можно было довезти рожениц до больницы.
Потом бензин закончился.
- Ты чего такой грустный? - спросил однажды командир своего бойца.
- Да вот, жена рожать собралась, а бензина нет. Не знаю, как довезу ее до больницы.
Через некоторое время снова встретились.
- Ну как, родила жена? - А ты дал бензин, чтобы она родила?! Пока не дашь бензин, она рожать не будет.
| 
Ну честно говоря слов нет, талантливый народ талантлив во всем. Судоволствием почитаю книгу Леона Агаджанова а пост Гариб джана это просто пипип и титит (цензура). 
