 Кто старое помянет – тому глаз вон, а кто забудет – тому оба! русская пословица
Ай Дат, Армянский вопрос - «комплекс действий, конечной целью которых является создание для армянского народа таких условий, которые исключат возможность повторения или угрозу геноцида и обеспечат его жизнь и развитие на исторической Родине» (А. Айвазян).
Армянский вопрос в его теперешнем понимании появился после Первой мировой войны, во время которой турками была предпринята попытка полного уничтожения армян на всей территории их исторической Родины, Армянском нагорье, первого официально признанного геноцида в истории, как его следствие. Наши потери вследствие геноцида делятся на:
человеческие
культурные,
территориальные,
материальные.
Самые тяжелые и в принципе невосполнимые – человеческие потери. Это не только те полтора миллиона убитых (цифра, конечно же, весьма приблизительная), но и десятки и десятки тысяч детей, взятых в турецкие, арабские, курдские семьи, которые тем самым хоть и спаслись от физического уничтожения, но оказались уже навсегда потерянными для нации. К ним нужно прибавить и тех молодых женщин и девушек (самых красивых), которые стали женами турок, курдов и арабов.
Если к ним прибавить еще и неродившиеся поколения, становится очевидно, что на самом деле мы потеряли намного больше полутора миллионов. Все они - прямые жертвы Геноцида.
Но кроме прямых жертв есть и косвенные. Уцелевшие в результате Геноцида армяне рассеялись по всему миру, создав Диаспору – под вечной угрозой ассимиляции, обреченную постоянно выкачивать из Родины и нации кровь и людей, в основном, безвозвратно – для усиления и оздоровления других наций и народов, во славу чужой культуры, науки и искусства.
В. Сароян должен был представлять армянскую литературу, И. Айвазовский – армянское искусство, а Г. Гюльбекян – армянскую экономику; его коллекция предметов искусства должна была быть гордостью не Португалии, а Армении.
Вклад в мировую культуру мало утешает, если он совершается за счет родной культуры.
К непрямым жертвам Геноцида относятся и те тысячи и тысячи насильно отуреченных, омусульманенных армян, которые, хоть и частично потерявшие национальное самосознание, еще помнят о своем происхождении, а частично – и сохранили язык и традиции, что живут под вечной угрозой, ежечасно и ежеминутно переживая тяжелейшую душевную драму. Арцахская Отечественная война и развал СССР способствовали национальному и духовному возрождению большинства из них, а возможность прямого и неограниченного общения с жителями Республики Армения для многих обернулась возможностью вернуться к родным истокам, найти потерянных родных – разбудила в них Армянина.
В Западной Армении и на территории Турции в целом мы создали огромную культуру. Спасти удалось лишь небольшую ее часть, в основном рукописи, то, что было легко унести. Остались все наши архитектурные памятники – храмы, монастыри, хачкары, замки и крепости, циклопические сооружения, являющиеся нашим общим со всем индоевропейским миром культурным наследием, в том числе – статуи арийских богов на вершине горы Немрут. Этот список можно продолжать и продолжать. Сегодня от него практически ничего не осталось: разрушая и уничтожая памятники нашей материальной культуры, красноречивые свидетельства нашей автохтонности и постоянной жизни на Армянском нагорье, турки следуют завету Гитлера: «уничтожение памятников материальной культуры есть завершающий этап уничтожения нации» и Сталина: «нет человека (народа, его культуры) – нет и проблемы».
Уничтожая нас на нашей Родине, турки, во-первых, хотели овладеть нашей страной, и лишь затем – имуществом ее жителей. Надо сказать, что это им удалось лишь отчасти – число криптоарменов (среди и для других – турки и курды, среди своих – армяне) в Западной Армении достигает, по разным, сильно противоречивым оценкам, нескольких миллионов человек. Они продолжают жить на своей Родине и оставаться ее хозяевами, а появившаяся возможность общения с соотечественниками в РА, Победа нашего народа в Арцахской Отечественной войне, как уже говорилось, стали мощным стимулом для их национального возрождения, пробуждения и усиления самосознания.
Турецкая республика отлично сознает всю шаткость своих прав на Западную Армению; с каждым днем перед ней все неотвратимее встает угроза реализации Севрского договора, положения которого, несомненно, в один из дней снова станут предметом обсуждения великих держав.
Вследствие Геноцида мы оставили в Западной Армении огромные материальные богатства; по подсчетам, на сумму более 400 млрд долларов. Большая его часть была присвоена государством, часть пошла на поощрение погромщиков и убийц. Это достаточно большая сумма, и вернуть ее будет нелегко даже для Турции.
Непризнание Геноцида, таким образом, для Турции, в первую очередь, вопрос не «чести», а элементарного физического выживания в ее теперешних границах.
Будь Турция уверена в том, что для нас «морального» удовлетворения достаточно и после ее «извинений» вопрос будет закрыт, она бы давно признала Геноцид. Наивно думать, что турки сами этого не понимают. Турция совершенно обоснованно боится (и не скрывает этого) последствий признания, того, что за этим неотвратимо последуют требования материального возмещения, возвращения захваченных и незаконно удерживаемых ею армянских территорий, в итоге – реанимация и реализация положений Севрского договора, восстановление Армении в границах, согласованных по этому договору. Обсуждение армяно-турецких протоколов в Турции – наилучшее тому подтверждение.
Такой план действий по ликвидации последствий Геноцида вовсе не новость для мировой политики. Практически аналогичный план был реализован применительно к Германии – за организованный фашистами Холокост. Отметим, что его (плана) действие еще продолжается.
Говоря о Геноциде армян, мы, а вслед за нами и многие специалисты по международному праву и геноциду, ограничивают его 1890-1923 гг., и территорией Западной (Турецкой) Армении, между тем как и временные и пространственные рамки его намного шире. Во временном плане он начинается с начала XIX века и, к сожалению, с перерывами продолжается до сих пор; в плане же территориальном захватывает кроме собственно Западной Армении, еще и практически всю азиатскую Османскую Турцию и закавказские территории Российской империи – переданные решением Кавбюро в 1921 г. новосозданному на турецких штыках за российские деньги Азербайджану Утик, Арцах, Нахиджеван, Нухи-Ареш и переданный Грузии Джавахк.
Но если о трагедии армян Османской Турции, а в связи с Арцахской Отечественной войной – и Правобережья Куры и Нахиджевана мировое общество более или менее хорошо осведомлено, то о событиях 1918-1921гг. в Нухи-Ареше и Джавахке знают очень немногие. Турки всегда рассматривали и рассматривают Джавахк, в частности, как стратегически необходимую для них территорию, по которой могут, во-первых, соединиться с соотечественниками из Азербайджана, и, во-вторых, захватив который, могут замкнуть кольцо блокады вокруг Республики Армения и Нагорно-Карабахской Республики. Поэтому в 1918 г., объявив войну новообразованной Армении, они требовали у нее Джавахк, Нахиджеван и Зангезур, поэтому в 1921 г. уже кемалисты сделали все, чтобы оторвать Джавахк у Армении и передать его Грузии – своему протеже и союзнику. Поэтому в 1918 г. турецкие войска вошли в Джавахк.
Упорные оборонительные бои джавахкских ополченцев с турецкими регулярными частями и присоединившимися к ним местными турками (месхетинцами) продолжались с перерывами с января по май 1918 г. Исчерпав возможности сопротивления, население Верхнего Джавахка (Ахалкалакского уезда) ушло в Грузию. Там оно было согнано правительством ГДР (Грузинской демократической республики) в концентрационные лагеря, где от голода и инфекционных болезней, а также при возвращении зимой на перевалах из Грузии в Армению погибло более половины всего населения – около 40 000 человек. Говорят, что на Бакурианском перевале под каждым деревом – по две могилы армянские.
Население Нижнего Джавахка (Ахалцихский уезд) под руководством городского головы Ахалциха члена АРФ Дашнакцутюн Зория Зорьяна смогло организовать более эффективное сопротивление и благодаря этому уцелело.
Полагая наличие нетурецкого, в частности, христианского, и в особенности, армянского, населения завоеванных Османской империей стран как основное препятствие в присвоении захваченных земель и даже как угрозу последующему существованию империи в ее тогдашних границах, турки с начала XIX века перешли к политике его подавления и постепенного уничтожения. До начала Первой мировой войны эти действия носили спорадический и несистемный характер, ограничиваясь погромами в том или ином вилайете или городе, насильственной исламизацией (амшенские армяне), но со временем турки пришли к убеждению, что стремление к свободе армян можно уничтожить, лишь уничтожив народ – весь! Война предоставила для этого отличный повод. Поскольку на местах это дело «грамотно» организовать не могли, за организацию и проведение взялось правительство, которое прежде называло погромы местной инициативой и даже – иногда, после погромов! - формально наказывало их организаторов. Пик Геноцида армян, а заодно и ассирийцев и греков, живущих в Анатолии и Армении, пришелся на 1915 -1920 гг., после чего турки вздохнули с облегчением: нет народов – нет и проблем. Однако, как оказалось в дальнейшем, проблемы были еще впереди.
Сейчас сильные мира сего аккуратно подчеркивают всякий раз, что современная Турция за Геноцид не ответственна, что это дело рук Османской Турции, красноречиво намекая нам, что кроме «морального» удовлетворения и извинений мы ни на что большее рассчитывать не можем. На самом деле это вовсе не так. Да, формально Турецкой республики до 1923г. не существовало, она была признана Лигой наций в 1923 г., но фактическая власть была в руках Мустафы Кемаля уже в 1918 г. Резня армян и греков в Смирне и Киликии на его совести, равно как и периодические погромы, организованные уже после официального признания этого государства, в частности, стамбульские погромы греков и армян в 1956 г., после чего греков в Турции практически не осталось.
Армянский вопрос прошел три этапа. Первый этап – начало XIX в. – 1923 г., завершился пиком Геноцида армянского народа, организованного и проведенного на государственном уровне практически на всей территории Османской империи, в том числе и там, где отсутствовала даже гипотетическая угроза военных действий, тем более, русского вторжения. Первый период этого этапа характеризуется национальным романтизмом, надеждой на то, что тотального уничтожения не будет (об этом и не думали), что под патронажем и эгидой европейских христианских стран в Турции будет возможно создание терпимых условий жизни армянского народа. Наступившее разочарование и необходимость перехода от романтических иллюзий к реализму наиболее емко сформулировал Католикос М. Хримян после Берлинского конгресса: «У нас в руках была бумажная поварешка, а нужна – железная». Нация приходила к осознанию простой истины: «Спасение армянина в обращении к оружию».
К сожалению, в силу ряда зависимых и независимых от нас причин, вооруженные выступления отдельных групп так и не переросли во всеобщее вооруженное восстание; романтизм и ненужное «рыцарство» еще не были окончательно изжиты, еще не было окончательно сформировано убеждение, что в этой войне не на жизнь, а на смерть благородству и рыцарству нет места, и для победы над турком нужно как минимум не уступать ему ни в чем. Образно говоря, воюя с турецкими солдатами – мужчинами, мы обрезали ветви их дерева, что в условиях турецкого многоженства и многодетности было занятием крайне неэффективным; крона турецкого народа от этого только разрасталась и становилась гуще. Они убивали наших женщин и детей – подрубали наши корни; естественно, наше дерево хилело.
Второй этап начинается с 1923 г. Уцелевшие от резни остатки населения Западной Армении, рассеянные по миру, организовывались, пытались осмыслить произошедшее, пробовали докричаться до мира, донести свою боль, свои требования – пока что в мирной форме. Все было без толку.
Принято считать, что начало третьему, современному этапу положили выстрелы Гургена Яникяна в США. На самом деле его основа была заложена еще в 1918-1924 гг., когда правительство Республики Армения спланировало и осуществило операцию «Немезис» (руководители: Шаган Натали, Армен Гаро и Григорий Мержанов), приведя в исполнение смертные приговоры над всеми организаторами и главными исполнителями Геноцида армян как на территории бывшей Османской Турции, так и в Азербайджане. «Моссад» вовсе не был первым...
Отныне стало очевидно, что никто не хочет слушать армян, более того – никто не намерен добиваться для нас справедливости, и человечество привычно воспринимать только те просьбы, которые сопровождаются не евангельскими призывами, а намного более вескими и убедительными аргументами в виде бомб и пуль.
По всему миру началась образцово-показательная охота на турецких дипломатов, захват и взрывы представительств турецких компаний, и мир понял, что замалчивать требования армян уже невозможно. Начался процесс признания Геноцида правительствами и парламентами разных стран и международными организациями.
Поколению наследников Шагана Натали и Гургена Яникяна простого признания факта Геноцида и его морального осуждения было уже явно недостаточно. Испытывая реальную угрозу ассимиляции (которая протекала тем быстрее и успешнее, чем лучше относились к армянам в приютившей их стране), уже внуки переживших Геноцид поняли, что как нация они смогут выжить только на своей собственной Родине – в Армении. Они требовали уже ликвидации последствий Геноцида (насколько это было возможно), и, в первую очередь, естественно, возвращения захваченной турками Родины – Западной Армении. Надо отметить, что своего рода исторический прецедент уже был; о его создании «позаботилась» гитлеровская Германия. Организованный правительством этой страны Геноцид евреев (Холокост) был квалифицирован Нюрнбергским трибуналом как государственное преступление против человечества и целого народа, не могущее иметь срока давности, а организаторы осуждены как государственные преступники. Была разработана программа денацификации Германии, возмещения материальных потерь евреев, и, самое главное, принято решение о восстановлении в Палестине еврейского национального государства как единственного реального и безусловного гаранта физического существования еврейского народа – государства Израиль. К слову сказать, долги еврейскому народу, Израилю, Германия выплачивает до сих пор, хотя немцы, по примеру турок, также могли бы утверждать, что, поскольку организовавшее Холокост государство – Третий Рейх, уже не существует, претензии к ним безосновательны.
Примерно такой же план действий по ликвидации последствий Геноцида армян и наказания Турции был разработан и начал осуществляться после первой мировой войны по Севрскому договору. И тогда по требованию стран Антанты в Стамбуле был организован своего рода Стамбульский трибунал, на котором был признан факт массового необоснованного организованного на государственном уровне и государством же осуществленного уничтожения армян именно по национальному признаку (понятие «геноцид2 было сформулировано позже, после Второй мировой войны Р. Лемкиным) и были приговорены к смерти организаторы Геноцида армян. Можно сказать, что в рамках операции «Немезис» эти законные приговоры были всего лишь приведены в исполнение - факт, который турки сегодня старательно забывают.
К сожалению, как для нас, так и для мирового сообщества, положения Севрского договора не были реализованы, иначе вся история ХХ века пошла бы совсем по другому пути. Обстоятельства изменились после развала СССР, когда Армения вновь стала независимой. Естественно, в новой геополитической обстановке Армянский вопрос неизбежно должен был актуализироваться. Предпринятая попытка Геноцида армян во втором турецком государстве – Азербайджане, победоносная, хотя и незавершенная Арцахская Отечественная война еще раз доказали ту непреложную истину, что любая нация может быть уверена в своей безопасности только в пределах собственного государства, на своей Родине. Самое прямое и непосредственное участие всего армянского народа в Арцахской Отечественной войне доказало, что нация не только не смирилась с уготованной ей сильными мира сего участью, но и хочет и может бороться, что она выступает как единое целое, что ее требования и идеология едины. Решение Армянского вопроса – борьба за признание и осуждение Геноцида – было законодательно закреплено в Конституции РА. Отныне этим занималось государство.
Каким же видим мы справедливое решение Армянского вопроса? Достаточно ли признания Геноцида международным сообществом и обоими турецкими государствами в том числе, морального осуждения и покаяния?
Время и история многократно доказали, что безопасное существование и естественное развитие нации и государства возможны только при следующих условиях:
1. Военно-стратегическая безопасность: нация (и государство) должна иметь желание защищаться от врагов, достаточные физические и интеллектуальные, человеческие ресурсы, по возможности, равномерно распределенные по стране. Арцахская война показала, что этот ресурс у нас есть.
2. Территориальная безопасность: для существования и нормальной жизнедеятельности государству необходимы такие границы, которые исключат или сведут к минимуму возможность расчленения страны при нападении противника, дадут возможность перегруппировки сил и организации обороны. В идеале они должны проходить по естественным рубежам: рекам, перевалам, горным хребтам.
3. Транспортная безопасность (безопасность путей сообщения): Страна должна обладать такой транспортной системой и такими выходами во внешний мир, которые будет невозможно одновременно блокировать либо прервать сообщение между регионами страны. Эти коммуникации должны быть многократно продублироваными и легкопроходимыми.
4. Продовольственная безопасность: страна должна иметь такую территорию и такие производственные мощности, которые сведут к минимуму зависимость от импорта продовольствия, от внешних поставщиков. Сюда же следует добавить и сформировавшуюся в последние десятилетия Водную безопасность. В ХХI веке, судя по всему, вода быстро выдвигается в число жизненно важных стратегических резервов. Страны, обладающие водными ресурсами или расположенные ближе к истокам рек, в их верхнем течении, как, например, Турция, уже сейчас сокращают до минимума попуски воды со своей территории, шантажируя соседей. В отличие от нефти, вода не имеет альтернативы и является возобновляемым ресурсом. Армения, даже в ее теперешних границах РА и НКР, находится в исключительно выгодных условиях, обладая таким колоссальным резервуаром пресной воды как Севан – одним из крупнейших в мире и практически единственном на всем Большом Ближнем Востоке (два других озера Армянского нагорья – Ван и Урмия – соленые).
5. Энергетическая независимость: страна должна иметь такую диверсифицированную систему энергетических мощностей, отдельные части которой могут функционировать в независимом режиме, при необходимости дополняя и замещая друг друга, а их размещение должно свести к минимуму возможность их единовременного захвата или вывода из строя одним или несколькими ударами. Очевидно, что территории РА и НКР, даже рассматриваемые как единое целое, лишь частично удовлетворяют этим условиям.
Между тем по Севрскому договору территория Армении определялась именно с учетом всех этих условий и требований. Посему Армянский вопрос можно будет посчитать решенным только тогда, когда будут реализованы положения этого договора, когда государству будут возвращены незаконно переданные Турции, Азербайджану и Грузии территории, будет организована репатриация и армянская нация станет хозяином своей страны.
Как это будет осуществляться - вопрос технический. Международное право разработало достаточно четкие механизмы решения подобных вопросов; дело нашего народа и наших государств – добиваться их исполнения. Прошлый опыт показывает, что при наличии воли и желания это вполне осуществимые цели. Есть и прецедент – возвращение евреев в Палестину и создание государства Израиль, равно как и германские репарации Израилю.
Наконец, как это ни парадоксально звучит, признание Геноцида и устранение его последствий жизненно необходимо и самой Турции. Эта страна сейчас стоит перед другим, более страшным дезинтеграционным вызовом – Курдским вопросом. Будущее Турции и ее благополучие обусловлены тем, сможет ли ее руководство понять, реально оценить и решить встающие перед ней проблемы. До сих пор все это решается традиционным для турок методом – ятаганом и погромами, однако очевидно, что этот принцип уже не работает. Одной из основных, если не главной, причиной падения всех империй от моря и до моря, было то, что в итоге все метрополии подвергались наплыву населения бывших колоний, и происходила своеобразная «обратная колонизация». В результате бывшая нация-гегемон превращалась в своей стране в национальное меньшинство, уступая место под солнцем бывшим жителям колоний, в лучшем случае сливаясь с ними и образуя новый народ. Так было с Римской империей, с Византией, этот процесс сейчас идет в Великобритании, Франции, Испании, частично – России. Полагать, что История – метресса строгая и безжалостная, обнесет этой чашей Турцию, по меньшей мере наивно.
Справедливое решение Армянского вопроса будет и гарантией того, что завтра-послезавтра или в недалеком будущем не появится теперь уже Турецкий вопрос. Насколько бы фантастичным ни казался такой вариант развития событий, он абсолютно реален, и спасти от этого не сможет ни возведенная в ранг турецкого национального характера жестокость, ни демография, которая уже достаточно давно играет против турок.
«Один народ, одна Родина - обьединенная и единая Армения» – это не риторическое восклицание и не пустая мечта, а единственное условие, которое гарантирует армянскому народу достойную жизнь, достойное место в мире и навсегда исключит возможность нового Геноцида.
На все это можно возразить, что все сказанное имеет смысл только при наличии враждебного окружения. А у нас оно другое?
Раздан МАДОЯН |
