Вопрос прямого участия НКР в переговорах по урегулированию карабахского конфликта сегодня стал одним из самых обсуждаемых в политической повестке дня. Представители различных партий, эксперты и журналисты выносят его на обсуждение практически ежедневно. Более того, стало модным упоминать в этом контексте «негативную роль» второго президента Армении Роберта Кочаряна, якобы вытеснившего Карабах со стола переговоров. При чем часто это делают люди малоприметные во всех отношениях и весьма далекие от Карабаха практически и эмоционально. Обратимся к истории (кстати – общеизвестной) и попытаемся ответить на вопрос: когда и каким образом участвовали представители НКР в переговорном процессе? Об этом говорится в заявлении, распространенном офисом второго президента РА Роберта Кочаряна.
Руководитель офиса второго президента Армении Виктор Согомонян напоминает, что 24-го марта 1992 года в Хельсинки на так называемой «дополнительной встрече» Совета СБСЕ (прежнее название ОБСЕ) было принято известное решение о проведении мирной конференции между сторонами крабахского конфликта. «Белоруссия выразила готовность организовать эту конференцию в своей столице, откуда и берет свое название как Минский процесс, так и Минская группа ОБСЕ. В девятом пункте упомянутого решения отмечалось: «Избранные и другие представители Нагорного Карабаха будут приглашены на Конференцию ее Председателем в качестве заинтересованных сторон после консультаций с участвующими в Конференции государствами». Под «избранными и другими представителями» понимались, с одной стороны, представители вновь избранного Верховного Совета НКР, с другой – по версии Азербайджана - представители азербайджанской общины Нагорного Карабаха.
«Как известно, Минская конференция не состоялась: это был период активных военных действий, и то армянская, то азербайджанская сторона, исходя из актуального положения дел на фронте, не соглашались сесть за стол переговоров. В этих условиях было принято решение о создании рабочей группы, которая займется подготовкой конференции. Новосозданная Минская группа в период с июня по сентябрь того же года провела в Риме пять встреч между сторонами. Представители НКР – Роберт Кочарян, Грант Хачатрян и Борис Арушанян – участвовали на встречах с третьего этапа. Однако Баку продолжал отказываться от признания НКР стороной конфликта, называя делегацию Нагорного Карабаха представителями армянской общины. В подтверждение этого подхода они настойчиво включали в состав своей делегации тогдашнего мэра города Шуши Низами Бахманова как представителя азербайджанской общины Нагорного Карабаха. Решения Лиссабонского Саммита ОБСЕ 1996-ого года только усилили серьезные разногласия между сторонами конфликта относительно формулировок по формату переговоров, результатом чего стало полное прекращение переговорного процесса в вышеупомянутом формате с 1997-ого года», - отмечается в заявлении.
По сути, на протяжении этих лет безуспешно обсуждалось одно-единственное предложение, выдвинутое российской стороной (сопредседателем МГ ОБСЕ Владимиром Казимировым), которое не предполагало комплексного урегулирования и не обращалось к определению статуса НКР, а было направлено лишь на устранение последствий конфликта – возвращению беженцев, определению демаркационных линий и т.п. За указанный период времени лишь однажды (в 1993 году) были проведены отдельные переговоры между фактическим главой НКР – председателем ГКО Робертом Кочаряном и президентом Азербайджана Гейдаром Алиевым, однако эта встреча носила негласный характер и не предполагала продолжение переговоров в этом формате. Еще одна встреча с участием президентов Армении, Азербайджана и НКР прошла в Москве, кажется, в 1995 году, при посредничестве министра иностранных дел РФ Андрея Козырева. Однако этот формат так же не получил продолжения», - подчеркивается в заявлении.
