Начало статьи читайте здесь.
ВНУТРЕННИЕ ПРЕПЯТСТВИЯ
Что же можно сказать определенного о внешней политике Барака Обамы? До сих пор она порождала больше надежд, чем стратегических прорывов. Вместе с тем Обама существенно изменил политику США в отношении трех самых безотлагательных вызовов, брошенных стране. Но, будучи демократией, Соединенные Штаты вынуждены основывать свои внешнеполитические решения на внутриполитическом согласии. К несчастью для Обамы, добиваться поддержки внутри страны становится сложнее из-за трех системных препятствий, которые затрудняют проведение мудрой и решительной внешней политики во все более сложном глобальном контексте.
Во-первых, внешнеполитическое лобби становится гораздо более влиятельным в американской политике. Благодаря доступу к Конгрессу, самые разные группы, некоторые из которых отличаются финансовой мощью, а другие получают поддержку из-за рубежа, с беспрецедентной настойчивостью требуют, чтобы законодатели участвовали в проведении внешней политики. Сейчас более, чем когда-либо, Конгресс не только активно противодействует внешнеполитическим решениям, но и навязывает президенту некоторые постановления (в качестве примера можно привести законодательную инициативу о санкциях против Ирана). Подобного рода вмешательство Конгресса при поддержке многочисленных лобби является серьезной помехой в формировании внешнеполитического курса, призванного чутко реагировать на постоянно меняющиеся реалии мировой политики. В этих условиях еще труднее гарантировать, чтобы отправной точкой при проведении внешней политики были национальные интересы США, а не их зарубежных партнеров.
Второе препятствие, документально подтвержденное в исследовании корпорации RAND 2009 г., состоит в углубляющемся идеологическом расколе, который уменьшает перспективы действенной двухпартийной системы во внешней политике. Происходящая вследствие этого поляризация не только снижает вероятность проведения единой двухпартийной внешней политики, но и поощряет усиление демагогии в политических противоречиях, а также отравляет дискуссию в обществе. Что еще хуже, поливание грязью оппонентов с использованием ненормативной лексики стало нормой в так называемой блогосфере, участники которой не опасаются привлечения их к ответственности за клевету и искажение фактов.
Последнее, но не менее серьезное препятствие заключается в том, что в сравнении с общественностью других крупных демократических стран американская общественность хуже информирована о вопросах мировой повестки дня. Как показали опросы, проведенные журналом The National Geographic Magazine, многие американцы незнакомы даже с азами мировой географии. Еще хуже обстоит дело с познаниями в области истории и культуры других стран. Как могут люди, не знакомые с географией или историей иных государств, хотя бы на элементарном уровне понять те геополитические дилеммы, с которыми Соединенные Штаты сталкиваются в Афганистане и Пакистане? Если учесть быстро сокращающееся распространение газет и журналов, а также упрощение и опошление некогда познавательных телерепортажей, то достоверные и своевременные сведения о важных вопросах мировой повестки дня все менее доступны широкой американской общественности. В этом контексте демагогически сформулированные решения становятся более привлекательными, особенно в критические моменты.
В совокупности эти три системных недостатка препятствуют достижению общественной поддержки рациональной внешней политики, созвучной тем сложным мировым проблемам, которые приходится решать США. Чутье подсказывает Обаме, что руководить следует посредством примирения различных интересов. В этом суть его политического опыта и, очевидно, секрет успеха избирательной кампании. Примирение, поддержанное личным вдохновением и массовой мобилизацией популистских надежд, действительно является важным стимулом для продвижения политической повестки дня в крупной демократии. В ходе своей президентской кампании Барак Обама доказал, что является мастером общественного примирения и политической мобилизации. Но пока еще он не превратился из вдохновенного и красноречивого оратора в авторитетного государственного деятеля. Отстаивать необходимость каких-то шагов еще не означает способность предпринимать их на практике.
В жесткой реальности современной мировой политики лидерство также требует несгибаемой твердости для преодоления сопротивления зарубежных партнеров, достижения поддержки со стороны друзей, ведения серьезных переговоров с враждебно настроенными государствами в случае необходимости и завоевания уважения даже тех правительств, которые Америке порой необходимо запугивать. Оптимальным отрезком времени для соединения государственных устремлений с решительным руководством считается первый год президентства, когда личный авторитет президента находится на самом высоком уровне. Увы, первый год Обамы ознаменовался борьбой с последствиями экономического кризиса и проталкиванием реформы в области здравоохранения. Следующие три года могут стать более трудными. Вот почему жизненно важно, чтобы Обама продолжал с завидным упорством претворять в жизнь те мечты и надежды, которые он успел заронить, поскольку это отвечает государственным интересам Соединенных Штатов и всего человечества.
Збигнев Бжезинский – помощник президента США по национальной безопасности (1977–1981). Последняя его книга называется «Второй шанс: три президента и кризис американской сверхдержавы». Опубликовано в журнале Foreign Affairs, № 1 (январь – февраль) за 2010 г. © Council on Foreign Relations, Inc.
© "Россия в глобальной политике". № 1, Январь - Февраль 2010 |
